Верховный суд положительно оценил применение закона «об иноагентах». Комментарий юриста

Мнение

На прошлой неделе Верховный суд опубликовал справку с обобщением судебной практики по закону об «иностранных агентах» и  по связанным с ним нарушениями порядка деятельности НКО, включенных в соответствующий реестр. Согласно справке Верховного суда, закон «об иностранных агентах» применяется верно. Мы решили обратиться к юристу за разъяснением, как рассматривать это решение.

Верховный суд оценил применение закона об иностранных агентах
Фото Алексей Куденко/РИА Новости

Согласно официальным данным, в 2014-2015 годах было рассмотрено 73 дела по закону «об иностранных агентах», и большинство из них — в связи с исками Минюста по принудительному включению в список «иноагентов» организаций, не вошедших в него по собственной воле. Обращение в суд некоммерческих организаций было обусловлено их несогласием с принятыми решениями или об отказе в исключении из реестра. Чаще всего НКО указывали, что не получали иностранного финансирования или не занимались политической деятельностью.

Также мировыми судьями за 2014-2015 годы было рассмотрено 70 дел о нарушении порядка деятельности НКО, вошедших в реестр «иноагентов» (ст. 19.34 КоАП). В результате 70 лиц были оштрафованы на суммы от 100 до 500 тысяч рублей.

При этом, по мнению Верховного суда, «суды правильно применяют законодательство», а «допущенные в отдельных случаях нарушения устранялись вышестоящими судебными инстанциями».

Уверенная одобрительная позиция Верховного суда по практике применения закона, каждый случай которого сопровождается возмущением общественных деятелей и вниманием независимых СМИ, кажется противоречивой. Поэтому мы обратились за разъяснением принятого решения к юристу Марине Агальцовой.

Анализ судебной практики по «иностранным агентам», который был проведен Верховным судом, хорошо демонстрирует всеобъемлемость и размытость понятия «политическая деятельность». Верховный суд уточнил, что за 2014-2015 гг. было рассмотрено около 70 «агентских» дел, по 11 из которых были вынесены решения о прекращении производства. При этом суд цитирует только одно дело, по которому суд прекратил производство в связи с отсутствием политической деятельности. Невероятно малый процент прекращения по данному основанию связано как раз с тем, что понятие «политической деятельности» в законодательстве сильно размыто.

— комментирует заключение Верховного суда Агальцова. Она также указывает на возможность практически неограниченного трактования понятия «политическая деятельность».

Практически любой комментарий, в котором организация дает свою оценку законодательству, чиновнику или муниципальной политике, суды квалифицируют как политическую деятельность. Поэтому НКО могут рассчитывать на прекращение дела по ст. 19.34 КоАП только в случае неполучения финансирования или в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности, который в конце 2015 года был увеличен с трех месяцев до одного года.

— уточняет юрист.

Таким образом, заключает Марина Агальцова, при применении существующего закона «доказать отсутствие политической деятельности практически нереально».